Ледяная стена

Всё меняет один дурацкий вопрос в столовой. Коюки уже два года жила в режиме невидимки: плеер в ушах, взгляд в стол, ответы из одного слога. Мики привыкла к этому и молча прикрывала её от лишних разговоров. А потом Минато просто сел напротив и спросил, почему она всегда ест одна. Не с жалостью, скорее с любопытством. Коюки буркнула что-то грубое, он не обиделся и на следующий день пришёл снова.

Дальше пошло по накатанной, только в другую сторону. Ёта, его друг, вообще не умел деликатничать, ляпал в лоб всё, что думал, и это почему-то не ранило, а отрезвляло. Минато же, наоборот, будто видел её насквозь: замечал, когда она врёт про «всё нормально», и не отходил. Коюки начала ловить себя на том, что ждёт этих перемен и злится на себя за это. А потом заметила, как замолкает Мики, когда те двое подходят к их парте. Слишком долгая пауза, взгляд в сторону.

И вот тут стало по-настоящему страшно. Не чужие люди пугают Коюки, а то, что старая подруга может отойти в тень, которую сама же для неё и расчистила. Или того хуже, Мики уже давно устала быть единственной, кто тянет этот груз, и просто ждёт повода уйти. Коюки разрывается между желанием впустить новых людей и страхом потерять ту, кто осталась. Что если за теплом Минато она не разглядит, как тихо закрывается дверь за спиной у Мики?