Могу ли я сделать ваши уши счастливыми за сто восемьдесят секунд?

Акари не снимает наушники даже в школьном коридоре. Учителя делают вид, что не замечают, одноклассники давно махнули рукой. А всё потому, что в её плеере нет ни одной песни. Только шорохи, постукивания ногтей по дереву, чей-то шёпот у самого микрофона. Дома она записывает собственное дыхание и переслушивает по десять раз, чтобы понять, где звук получился слишком резким.

Потом оказывается, что её увлечение заразно. Сначала одна девочка из класса просит дать послушать, потом другая. Кто-то морщится, кто-то залипает. Акари начинает замечать, что у каждого свои триггеры: кому-то нужен хруст, кому-то ровное бормотание. И тут выясняется неприятное. Школьный совет считает её записи чем-то неприличным и требует прекратить. Не то чтобы запрет её пугает. Пугает другое: она не понимает, почему у неё самой давно ничего не вызывает отклика. Как будто уши привыкли ко всему.

Она ставит себе срок: сто восемьдесят секунд, чтобы найти звук, который пробьёт даже самых равнодушных. Но что делать, если единственный человек, которого она хочет удивить, слушает только громкую музыку в наушниках и смеётся над её «шорохами»?