Мой телохранитель

Кэйя Уто дал клятву охранять Исаку ещё когда она была совсем крохой. Тогда умерли её родители, и дед, глава клана якудза, привёл в дом мальчишку, который должен был стать тенью. Он и стал. Спал у её двери, провожал в школу, молчал. Исаку выросла среди людей с татуировками и шрамами, они ей как родня, но друзей у неё так и не появилось. Кто подойдёт к внучке главы? Правильно, никто. К старшим классам она набралась смелости и провернула побег: нашла школу на другом конце города, скрыла фамилию, записалась в клуб. Даже присмотрела симпатичного парня. План был почти идеальный.

Почти. В первый же день за учительским столом стоит Кэйя. Свежая рубашка, галстук, улыбка для одноклассников. Он перевёлся. Сидит через проход, провожает её до клуба, а когда тот самый парень пробует заговорить с Исаку, просто встаёт между ними. Без угроз, без сцен. Просто стоит и смотрит. И этого хватает. Девушка злится, требует перестать играть в няньку, напоминает, что школа это её территория. Он кивает. И продолжает ходить следом, ловить чужие взгляды, отвечать на сообщения быстрее, чем она успевает их отправить.

Бесит. Ещё как бесит. Но когда его нет рядом, Исаку ловит себя на том, что ищет его глазами. А Кэйя, кажется, давно перестал понимать, где заканчивается работа и начинается что-то, ради чего он готов нарушить любой приказ. Он ведь тоже не железный. Или железный? Что он сделает, если однажды Исаку скажет ему уйти по-настоящему?