Небо Ирии, или лето НЛО

Наоюки не ищет приключений. Он просто таскает палатку к военному забору каждое лето, ставит её между кустами и дежурит с биноклем. Спит урывками, ловит помехи в эфире, ждёт хоть искры в небе. Смешно? Ему девятнадцать скоро, а он всё верит в тарелку за колючкой. А потом каникулы кончаются, и в классе появляется Кана. Сидит у окна, отвечает невпопад, смотрит на одноклассников так, будто впервые видит людей. Наоюки решает: странная. Наблюдает. И зря.

Потому что странность эта не от одиночества и не от характера. Она оттуда же, откуда слухи про базу. У Каны нет прошлого, зато есть расписание, которое ей диктуют по телефону. Она не понимает шуток, но смеётся, когда Наоюки падает с велика. Спрашивает, каково это, когда болит голова. Он приносит ей булочки из ларька, а вечером видит, как её увозят на чёрной машине. И тогда до него доходит: тарелка это не фантазия. Просто летает она не в небе.

Дальше всё просто и паршиво. Он хочет гулять с ней до заката. Она хочет мороженое и дурацкие фото на пляже. А люди с базы хотят, чтобы она вернулась в ангар и делала то, для чего её сделали. Никаких злодеев с плащами: приказы, бумаги, охрана. Лето тает. Сколько раз ещё получится вытащить её на улицу, прежде чем она скажет «хватит»?