Итимацу не собирался становиться чьим-то оружием. Он просто жил: наливал саке в таверне, пропадал вечерами там, где свет приглушён и пахнет благовониями. А потом ночью доставал револьвер. Ствол в руке, тёмный переулок, и человек, который ещё утром считал себя неуязвимым, оседал на землю.

Сёгун тем временем не церемонился. Порол, гноил в ямах, насиловал, убирал неугодных. Страх должен был держать страну крепче цепей. Не удержал. Несколько самураев сговорились, и у них появилось то, чего не было у предков: огнестрел, связь, деньги на чёрный день. Только вот за одним столом собрались люди, которые ненавидят друг друга почти так же сильно, как ненавидят власть. Один метит в кресло сёгуна. Другой сводит старые счёты. А кое-кто слишком много знает про Итимацу и молчит.

Самое паршивое начинается, когда понимаешь: враг не там, за воротами замка. Враг сидит рядом и передаёт тебе чашку. Итимацу придётся решать, кому верить, пока стволы ещё смотрят в одну сторону. А что будет, когда они развернутся?