Аниме в жанре «Исторический» — страница 27

Сначала был незнакомец. Имя, лицо, привычки: ничего этого девушка о нём не знала, но выбор стоял просто: либо сделка, либо семья идёт по миру. Она почти дошла до алтаря, когда младший брат сжёг себя у неё на глазах. Заживо. В руках у него осталась старая книга, и никто вокруг не мог внятно объяснить, что это вообще было. Потом появились люди из Фукуро, библиотечной разведки. Они не спасают и не утешают, они ищут проклятые тома, от которых у читателей едет крыша. У героини после смерти брата прор…

Сяо Янь снова переступает порог Юнлань. Не за знаниями и не ради компании. Его тянет к Налань Яньжань, к той самой истории, что тянется между ними годами. Хочется наконец расставить всё по местам и разойтись. Только разговор не клеится. Вместо слов выходит драка, злая и без скидок. А после неё выясняется: старый спор был лишь затравкой. На сцену вылезает новая свара, помрачнее прежней. Что теперь делать парню, если прошлое держит крепко, а будущее уже готовит новый удар?

Шкатулка с сотней имён. Таояо таскает её с собой, а зачем, толком не объясняет. Рядом семенит мальчишка в монашеской рясе, за ним лисёнок. Троица идёт по дорогам древнего Китая, и там, где людям нужен обычный лекарь, они проходят мимо. Потому что Таояо лечит не людей. Её дар работает на демонах и духах. Вот в чём фокус. Сперва думаешь: собрались чудаки и раздают доброту всем встречным. Потом всматриваешься в этих встречных и холодеет спина. Двухцветный лис запутался в собственных шкурах и не пом…

После той драки, где Сяо Янь выложился до дна, он остался почти пустым. Техника сработала, враг отступил. Только цена оказалась двойной: парень еле держится на ногах, а Яо Лао, его наставник и единственный голос в голове, провалился в сон. Глухой, без проблесков. Ни подсказки, ни совета, ни привычного ворчания. Дальше начинается самое интересное. Вместо того чтобы зализывать раны, Сяо Янь влезает в турнир алхимиков. Котлы, травы, чужие амбиции. Со стороны покажется, будто он свернул не туда, но…

Второй сезон подряд сценаристы берутся за Вторую мировую, но теперь камеру разворачивают в сторону Средиземноморья и Африки. Италия, Германия и компания тащатся по песку, делят пайки, спорят из-за палатки. Всё это на фоне реальных кампаний, только вместо сводок с фронта получаешь перепалки о том, кто виноват в очередном провале. А потом тон резко меняется. От жарких песков прыгаем на север, где скандинавские страны вспоминают юность. Кто с кем дружил, кого бросили, кто до сих пор дуется из-за ст…

Сначала был свет. Нет, не электрический, а живой, дрожащий, из плошки с рыбьим жиром. В такой темноте мальчик по имени Миносукэ и провёл всё детство: копоть на лицах, закопчённые стены, вечное щупанье в потёмках. А потом через деревню проехал торговец, и в его телеге лежала она. Стеклянная, с блестящей латунной ручкой. Обычная керосиновая лампа, каких в больших городах уже пруд пруди. Парень вцепился в неё глазами и понял: сидеть тут больше нельзя. Он ушёл. Учился, работал, глотал пыль городских…

Мисао Макимати не собиралась становиться свидетельницей чужой войны. Она просто шла за человеком с крестообразным шрамом, потому что больше идти было некуда. Кэнсин покинул Токио тихо, никого не позвав с собой, а она увязалась следом. Ей казалось, что пригодится. Ну там, воды принести, клинок подать, мало ли. Вышло иначе. Потому что настоящая история разворачивалась не вокруг неё. В Киото Сисио сколотил банду из тех, у кого в глазах пусто и страшно, и город начал готовиться к бойне. Кэнсин шёл т…

Мусаси своими глазами видел, как соседи кланяются статуе о́ни. В его родном городе демонов возвели в божества, и с этим никто не спорил. Парень не захотел жить по таким правилам: вместе с Кодзиро он ушёл из дома, чтобы стать самураем и резать монстров. Только за стенами городка всё оказалось куда сложнее детских обид. Выяснилось, что поселения разбросаны по стране и почти не знают друг о друге. А сами самураи, которые вроде бы воюют с общей бедой, грызутся за железо. Оно выпадает из убитого о́ни…