Бэтмен: Рыцарь Готэма

Брюс Уэйн учится терпеть. Не страх, не боль, а собственную беспомощность. В одной из новелл он вспоминает уроки женщины с изуродованными руками, которая заставляла его держать раскалённый металл. Без музыки, без пафоса. Просто дыхание и счёт до десяти.

А потом тон срывается. Уличные мальчишки перебивают друг друга, рассказывая, как видели на крыше то гигантскую летучую мышь, то человека в плаще. Каждый врёт по-своему. Дальше двое копов застревают в переулке между бандитами и тем, кто спускается с неба, и уже не разобрать, кого бояться сильнее. Брюс тестирует на живых людях броню, которая бьёт током вместо защиты. Где-то в канализации пахнет мокрой шерстью и чем-то похуже. Рисовка скачет: в одной серии он угловатый, в другой текучий, будто персонажа каждый раз собирают заново из разных кусков.

Шесть эпизодов, четыре студии, пять режиссёров. Ни один не подмигивает соседу. Но в последней истории на крышу выходит киллер, который стреляет через плечо, не глядя в прицел. Он не псих, он работает. И тут понимаешь, что держит эти зарисовки вместе. Не сюжет. Что-то другое. Почему человек, который бьёт преступников с крыши, и человек, который убивает их за деньги, дышат в одном ритме?