Что ты будешь делать во время апокалипсиса? Будешь ли ты занят? Могу ли я спасти тебя?

Уиллем не планировал становиться нянькой. Просто больше некому: он единственный выживший человек, а на складе, забитом мечами древней выделки, нужен присмотр. Вот его и приставили к девчонкам из расы лепреконов. Те бегают по коридорам, таскают сладости, дразнят друг друга и совершенно не выглядят как оружие. А ведь именно они, и только они, способны удержать в руках клинки, что остались от людей.

Потом Уиллем замечает странное. После каждой вылазки девочки возвращаются всё тише, всё бледнее, будто из них что-то вытянули. Так и есть: клинок берёт не только силы, он берёт саму жизнь. Каждый бой для ребёнка стоит куда больше, чем для взрослого. И это не секрет, все всё знают. Просто молчат. А он уже терял однажды всех, кого любил, и повторять этот опыт не собирается.

Теперь он мечется между желанием запретить, спрятать, увести подальше и пониманием, что острова держатся именно на этих тонких детских руках. Он ищет выход, которого, кажется, не существует. Считает дни. Смотрит, как они смеются за столом, и думает, сколько ещё осталось.

Что вообще делает человек, когда спасти всех нельзя, а выбирать всё равно приходится?