И то, и другое

Ацухиро отучился двенадцать лет в Австрии и вернулся в японскую школу, где всё кажется чужим: и лица, и коридоры, и даже собственный класс. Садится рядом с Ваканой, а та смотрит в окно и молчит. Пианино она забросила давно, после того как умерла мама, и обратно к инструменту её не тянет совсем. Конацу, наоборот, поёт где только можно и таскает за собой всех, кто согласен слушать. Сава ходит в клуб стрельбы, но тайком мечтает о лошадях. Тайчи стучит воланчиком на корте, а дома его ждёт сестра.

Летние каникулы почти кончились, когда Конацу заявляет: собираем группу. Не кружок, не самодеятельность на празднике, а настоящую. Тут и начинается сыр-бор. Учителя морщатся, кто-то из ребят отмахивается, а Вакана вдруг понимает, что не может просто стоять в стороне. Руки сами тянутся к клавишам, хотя она сто раз себе обещала не возвращаться к этому.

Каждый тянет в свою сторону. У одного за спиной ожидания семьи, у другого несыгранная мелодия, у третьего обида, о которой он никому не рассказывал. Они то ссорятся, то мирятся, то снова собираются в пустом классе. И вроде бы всё складывается, но что если получится не то, чего они сами от себя ждут?