Принесённая в жертву Принцесса и Царь зверей

Девяносто восемь раз до неё этот ритуал срабатывал без сучка. Девушки уходили к Царю зверей и обратно не возвращались, а люди и зверолюди продолжали делать вид, что перемирие ещё держится. Сарифи стала девяносто девятой. Её выдернули из деревни, привезли в Озмарго, где человеку вообще не место, и оставили ждать, когда за ней придут.

А потом Леонхарт её не съел. Здоровенный рогатый зверь, от одного вида которого у нормальных людей подгибаются колени, посмотрел на перепуганную, но почему-то улыбающуюся девочку и решил разобраться, что она такое. И разрешил ей ходить где вздумается. Советники в ярости: их царь путается с едой, нарушает все приличия, а она пользуется. Сарифи тем временем суёт нос куда не просят, задаёт вопросы, от которых придворные давятся рыбой, и не понимает, почему вокруг неё все так напряглись.

Беда в том, что эти двое сами не замечают, как своими разговорами и прогулками подтачивают договор, который сто лет кое-как склеивал два народа. Чем теплее между ними становится, тем меньше остаётся места для старой вражды. Но кто первым это заметит: те, кто хочет убрать девчонку, или сам Леонхарт, когда поймёт, кем она была для него всё это время?